Куда утекает валюта из России?
В апреле чистые продажи валюты со стороны крупнейших нетто-продавцов выросли почти втрое — до 30 млрд долларов. При этом чистые покупки валюты импортёрами и населением составили лишь около 17 млрд долларов. В результате образовался профицит в 13 млрд. Именно поэтому рубль продолжил серьёзно укрепляться и в мае.
Возникает логичный вопрос: а куда вообще идёт этот гигантский валютный поток? Ответ, к сожалению, неутешительный. Значительная часть средств попросту оседает в финансовом контуре, не превращаясь в инвестиции, в развитие. Хотя сейчас у России есть уникальное окно возможностей для ускоренного технологического импорта.
История уже знает подобный пример. В конце 1920-х — начале 1930-х годов СССР, несмотря на жесточайший дефицит валюты, массово закупал иностранное оборудование, технологии и компетенции. В страну ввозились целые заводы. Американец Альберт Кан проектировал Уралмаш, ГАЗ и Сталинградский тракторный завод. Инженер Хью Купер строил ДнепроГЭС. Всего в СССР тогда одновременно работало до 20 тысяч по-настоящему незаменимых иностранных специалистов.
Этот индустриальный импорт создал основу советской промышленности и собственной инженерной школы. Сегодня ситуация противоположная: валюты в избытке, но масштабного технологического рывка не происходит. Хотя именно сейчас, пока сохраняется огромный профицит внешней торговли, логично было бы ускоренно закупать оборудование, локализовывать технологии и привлекать специалистов. А пока заработок на внешнем контуре вновь превращается лишь в красивую макростатистику без практического результата.
Руководитель отдела внешних коммуникаций Института Царьграда Никита Комаров
